В подвале, пахнущем сыростью и кровью, она открыла глаза. Тела лежали вокруг, неподвижные тени в полумраке. Голова гудела от боли, каждый вдох обжигал ребра. Сверху, сквозь перекрытия, доносились приглушенные голоса, монотонное пение, звон металла. Инстинкт, острый и безошибочный, сжал ее изнутри. Не шевелиться. Не дышать громко. Притвориться еще одним холодным предметом в этом склепе. Она замерла, вжавшись в липкий от чего-то пол, пока потолок над ней содрогался от шагов и странных, ритмичных стуков. Ритуал длился, а она считала удары собственного сердца, единственное, что еще было живым в этой каменной ловушке.
Отзывы